Главная \ «ОТ ШЕСТИДЕСЯТИ ДО ВОСЬМИДЕСЯТИ МОЗГОВ, Э, МАЗКОВ В ДЕНЬ…» ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«ОТ ШЕСТИДЕСЯТИ ДО ВОСЬМИДЕСЯТИ МОЗГОВ, Э, МАЗКОВ В ДЕНЬ…» ЧАСТЬ ВТОРАЯ

«ОТ ШЕСТИДЕСЯТИ ДО ВОСЬМИДЕСЯТИ МОЗГОВ, Э, МАЗКОВ В ДЕНЬ…» ЧАСТЬ ВТОРАЯ
«ОТ ШЕСТИДЕСЯТИ ДО ВОСЬМИДЕСЯТИ МОЗГОВ, Э, МАЗКОВ В ДЕНЬ…» ЧАСТЬ ВТОРАЯ

fraktsiya-ER-10.11-13-1024x706

     В прошлую среду – 11 -го ноября мы опубликовали статью с таким названием, в которой рассказали о заседании депутатской фракции, посвящённом состоянию сферы здравоохранения нашей области, приведя дословно речь Жукова. Мы пообещали в скором времени рассказать о том, что происходило во второй части этого заседания с тем, чтобы читатели могли ознакомиться с вопросами, которые задавали депутаты Жукову, его ответами на эти вопросы, и сами смогли сформировать своё мнение об этом чиновнике.

Итак, часть вторая: вопросы – ответы.

Н. Баженова: – Мой вопрос касается вскрытия тел. Мои избиратели из Ленинского района обращались по поводу того, что на вскрытие тел умерших существует жуткая очередь. Были факты, когда родственники в течение пяти дней не могли предать тело земле. Как-то наладилась в этой сфере ситуация, или там по-прежнему такая же очередь, и родственники вынуждены так долго ждать?

В. Жуков: – Ну, есть такая история… Вообще она состоит из двух блоков. Первое: само по себе исследование тела с подозрением на ковид, либо установленным ковидом…, для этого было выделено отдельное помещение в областной больнице, вот, что приводило к серьёзной задержке. На сегодняшний день они перестроили своё помещение, и возможности были увеличены. Кроме того, был привлечён второй врач…, и управление здравоохранения сейчас оформляет госзадание для того, чтобы его работу можно было оплатить.

Ну и вторая история: мы действительно имеем на сегодняшний день повышение смертности. На полтора процента мы превышаем среднероссийский показатель… На сегодняшний день главный врач областной больницы ежедневно докладывает о положении дел, он говорит, что ситуацию исправляет. Если до середины недели этого не произойдёт, значит, будем привлекать сторонних специалистов.

Ольга Зайцева: …Вы сказали, что наметилась тенденция к снижению заболеваемости. Но она неустойчивая. Согласитесь, что сейчас трудно говорить об устойчивой тенденции к снижению. В связи с тем, что у нас должна быть определённая готовность к тому, что это – не очень устойчивая тенденция, скажите, пожалуйста , относительно нашего коечного фонда, мы сможем обеспечить полностью койки всем заболевшим так, что бы заболевший был госпитализирован в палату, чтобы в областной больнице люди не лежали в коридоре, чтобы не были там заняты под ковидных больных койки, которые предназначены для людей с другими заболеваниями? Предпринимаются какие-то действия, чтобы централизовать эту службу для оказания помощи ковидным больным?

В. Жуков: – Значит, у нас под лечение ковидных больных сегодня – два учреждения. Это облученская больница, мы туда направляем с лёгкими формами и бессимптомных, там они лечатся. И инфекционная больница, там среднетяжёлые и тяжёлые. Маршрутизация установлена, она чётко соблюдается, в том числе, если в облученской больнице происходит ухудшение состояния, то больной переводится в инфекционную больницу…

На сегодняшний день коечный фонд заполнен на девяносто пять процентов. Почему это произошло? У нас произошла, э.., подъём заболеваемости сначала ОРВИ, а потом мы протестировали весь полностью психоневрологический интернат, выявили там больных бессимптомных коронавирусной инфекцией, и просто там по рекомендации главного  санитарного врача мы их оттуда вывели. Вывели порядка двухсот человек. Соответственно, мы их поместили в наши госпиталя, поэтому у нас было заполнено…

В настоящее время мы уже приступили к выписке. В день мы выписываем четыре-пять, на этой неделе планируем выписать сорок человек, потому что подошли сроки. Таким образом, у нас госпиталя наши разгрузятся, и мы будем иметь резерв коек на наших госпиталях.

Что касается областной больницы, действительно в период пика там в день поступало тридцать-тридцать два, на сегодняшний день число снизилось до десяти-двенадцати. Они отсматривают и госпитализируют ещё того меньше. И при наличии проблем с тестированием у них, действительно происходило переполнение коечного фонда. На сегодняшний день они отладили работу. У них сегодня получение результатов тестов для стационарной помощи в пределах 48-ми часов. Это позволяет либо своевременно переводить в инфекционные госпиталя, либо оставлять у себя на лечении. Кроме того, мы подключили Смидовичскую районную больницу. У нас резерв на начало недели был десять коек, сегодня там – три. То есть мы часть больных всё равно туда переводим для того, чтобы можно было эту ситуацию расшивать…

Ольга Зайцева: – А можно уточнить. Например, в Ленинском –ковидный     больной. Его куда должны везти?

В. Жуков: – Там маршрутизация чётко расписана. Если у него лёгкая степень, он направляется домой… Если мы уже понимаем, что у него среднетяжёлая или тяжёлая степень, если это пневмония, а не подтверждённый ковид, то он лечится на месте, в ленинской больнице. Если же это ковид – среднетяжёлая, тяжёлая форма, то он однозначно переводится в инфекционный госпиталь города Биробиджана. Если это лёгкая степень ковида – в облученский госпиталь…

А. Голубь: – Насколько я понимаю, ковид диагностируется не только на основании результата теста, но ещё и на основании результатов исследования на компьютерном томографе. Как у нас в больницах с техническим обеспечением обстоит дело? Что у нас вообще есть? Проводится ли компьютерная томография? Если верить имеющейся информации, в Биробиджане нет возможности обследовать пациентов на КТ.

В. Жуков: – У нас из-за высокой нагрузки – 200-300 человек в день – вышел из строя флюорограф в областной больнице. Но мы тех, кому необходимо, направляем в Валдгейм… Там от восьмидесяти до девяносто человек в день принимают. Коме того, мы запустили новый аппарат, э, рентген в поликлинике и каждый день слушаем отчёт. В пределах двадцати-тридцати снимков они там каждый день делают, и каждый день уже вторую неделю у нас работает КТ в областной больнице. Единственно, что, – у него там ограниченный ресурс, и мы не больше двадцати снимков делаем… Но вообще я всех хочу предостеречь: если нет показаний, то нечего его делать. На сегодняшний день КТ равно триста снимков и два с половиной естественного фона радиации. КТ делается только по показаниям. Зачем делать, если нет признаков заболевания?

А. Голубь: – Наверное, потому что стопроцентно диагноз коронавирусной инфекции можно поставить только с помощью КТ. Или я ошибаюсь?

В. Жуков: – КТ просто устанавливает процент поражения лёгких. До 30% поражения можно спокойно лечиться дома…

(В общем, исследование на КТ с целью установления точного диагноза – это, как я понимаю, по мнению Жукова, блажь Министерства здравоохранения Российской Федерации. Он убеждён, что жители области должны довольствоваться результатами тестов, достоверность которых, как утверждает опять-таки Министерство здравоохранения РФ, составляет от сорока до пятидесяти процентов. А может, причина игнорирования рекомендаций Минздрава относительно исследований на КТ в том, что в результате этих исследований реальное число заражённых ковидом в ЕАО вынудит московское начальство, как говорится, по полной разобраться и с Жуковым, и со всем руководством области? Может, именно поэтому так долго не работал аппарат КТ в больнице, а когда заработал, Жуков стал утверждать, что проходить исследование на нём совсем не обязательно? Прим. автора).

Л. Павлова: – Хотела бы услышать ваши пояснения по поводу средств индивидуальной защиты для медиков и тестирования медиков.

В. Жуков: – Значит, по поводу тестирования: значит, я сегодня взял тестирование на ежедневный контроль. Сегодня тестирование налажено во всех лечебных учреждениях, в том числе, последнее учреждение, которое у нас включилось, это детская областная больница. Она тоже заключила договор на тестирование своих сотрудников.

(Эпидемия в ЕАО длится уже восемь месяцев. Практически, никакого еженедельного тестирования медиков в лечебных учреждениях области не проводилось, а если и проводилось, то эпизодически. Огромное число врачей заразились. Кто-то уже переболел, кто-то болеет сейчас, а кто-то умер. Но Жуков, оказывается, только сейчас взял тестирование медиков на «ежедневный контроль». Если бы я присутствовала на этом заседании, то задала бы ему вопрос: он восемь месяцев специально тянул с тестированием медиков, чтобы как можно больше врачей и медсестёр заражались, выбывали из строя и людей лечить было бы некому? Прим. автора).

Л. Павлова: А средства индивидуальной защиты тоже у вас на контроле?

В. Жуков: – Сейчас мы готовим заявку, поскольку нам выделили средства, порядка тридцати пяти миллионов мы направим на приобретение средств индивидуальной защиты для учреждений здравоохранения, и также выделим на закупку СИЗов для системы социальной защиты.

Л. Павлова: – Когда это уже всё будет, наконец?

В. Жуков: –Деньги уже в области. Деньги в области… Мы будем передавать их в больницы, а они будут закупать…

(Всё – в будущем времени. Когда эпидемия бушует в настоящее время, Жуков всё обещает сделать в будущем. Почему медики заражаются в настоящее время? Потому что положенные им средства индивидуальной защиты – в будущем времени. Прим. автора).

Х. Мамедов :  – Вы сказали, что направляете больных в валдгеймскую больницу. А сколько там врачей работает?

В. Жуков: – В валдгеймскую больницу мы сейчас не направляем. Направляли в Смидовичскую больницу, в тот период они забрали несколько десятков больных. На сегодняшний день они продолжают часть больных забирать. На сегодняшний день у них практически резерв исчерпан.

Х. Мамедов: – А сколько там врачей работает, и справляются ли они?

В. Жуков: – Ну я насколько знаю, в Смидовичской районной больнице – четырнадцать врачей.

Х. Мамедов: – Нет, в валдгеймской?

В. Жуков: – А! В валдгеймской? Ну мы туда не направляем.

Х. Мамедов: – А врачей там сколько?

В. Жуков: – Ну сейчас не готов вам прям по головам сказать сколько там врачей…

Х. Мамедов: – Так там же делают флюорографию

В. Жуков: – А зачем там врач? Там находится лаборант.

Х. Мамедов: – А вообще в этой больнице сколько врачей работает, можете сказать?

В. Жуков: – Сейчас – нет, не могу. Ещё раз хочу напомнить, у кого есть вопросы, пожалуйста: каждый день в МФЦ, белый зал, в 9.00 часов утра.

(Но депутаты Законодательного Собрания ЕАО всё-таки пытались задать свои вопросы на этом совещании.

Председатель Заксобрания Любовь Павлова задала Жукову вопрос по поводу выводов Контрольно-счётной палаты о имеющих место грубых нарушениях в части стимулирующих выплат медикам, работающим с ковидными больными. Прим. автора)

В. Жуков: – … Ну, я что хочу сказать, что позиция правительства была такая, что мы могли эти федеральные деньги отдать едиными суммами в каждое учреждение, а потом корректировать. Мы пошли по другому пути, более трудоёмкому. Управление здравоохранения давало учреждениям деньги только после того, как была представлена соответствующая заявка поголовно на каждого человека. То есть ответственность за это – у руководителя учреждения здравоохранения. Поэтому сказать, что здесь управление здравоохранения сработало как-то не так, я не могу. Оплата производилась по той схеме, которая была организована, именно с учётом тех заявок поголовно, которые давали учреждения.

(Любимое слово Жукова – «поголовно», хотя он руководит не сельским хозяйством региона, и речь идёт не о стаде крупного или мелкого рогатого скота, а о врачах, медсёстрах, санитарках. И ещё: руководители медучреждений составляли заявки так, как требовало управление здравоохранения, в том числе, указывая им, кого они могут в эти заявки вносить, а кого не могут. А теперь выясняется, что руководители сами должны были принимать решения. И теперь вся ответственность, в том числе, и за невыплаты медикам, лежит на руководителях учреждений. И управление здесь ни при чём. А для Жукова врачи – поголовье! Прим. автора).

Л. Павлова: – Переходим к вопросу о льготном лекарственном обеспечении.

В. Жуков: – Да, действительно, есть провалы, на сегодняшний день. Что сделано? Выделены одиннадцать миллионов рублей. Сейчас идёт техническое оформление денег. То есть они их получат и переведут «Фармации» в установленном порядке, и она закупит лекарственные препараты.

А. Голубь: – В прошлом году мы точно также собирали фракцию и рассматривали вопрос о лекарственном обеспечении. Из года в год одно и то же повторяется. Может, надо как-то раз и навсегда решить этот вопрос?

В. Жуков: – Мы не решим этот вопрос раз и навсегда. Меняется законодательство… Что примет Федеральный центр в январе или феврале, мы не знаем… Какие законы принимаются, мы всё исполняем…

(Я не нашла новых законов, которые отменяют прежний порядок предоставления льготных лекарств гражданам. Интересно, а где такие законы нашёл Жуков? Прим. автора).

Л. Павлова: – То есть мы будем этот вопрос решать, или нет?

В. Жуков: – … Да, нужно иметь оперативный механизм  по доведению средств, необходимых нашим льготникам, потому что люди имеют законное право, и пока законодательство не будет более совершенным, мы будем здесь находиться… Но нужно механизм совершенствовать, чтобы можно было эти деньги быстро доводить до тех организаций, которые занимаются обеспечением льготников.

Г. Седова: –Сегодня задолженность по лекарствам перед льготниками – два, три месяца. Эти лекарства, когда будут закуплены, их вернут пациентам? Или они уже за пропущенные месяцы их не получат? Речь, например, о диабетиках, которые покупают инсулин и другие лекарства сейчас за свои деньги.

В. Жуков: – Сколько рецепт действует? Тридцать дней?

Г. Седова: –  Срок действия рецептов регламентируется доктором…

В. Жуков: – Вот! Всё зависит оттого, какой рецепт. Если он на 90 дней, то получат. Если на 30 дней, то всё…

А. Голубь: – Так, давайте, ещё раз: например, мне выписали рецепт на инсулин. Я пришёл в аптеку, а мне говорят: «Инсулина нет. Ваш рецепт отложен. Мы вам позвоним». Месяц – нет, два месяца – нет. Три месяца – нет. А потом что? Выписывать новый рецепт? Это неправильно. Я считаю, все отложенные рецепты должны быть обслужены. Это, по сути, наша с вами вина, что люди своевременно не получили лекарства. Значит, мы должны при поступлении лекарств обеспечить все отложенные и на месяц, и на три месяца рецепты, чтобы компенсировать людям затраты на приобретение лекарств за свой счёт. Так будет справедливо.

Л. Павлова: – Ну и попутно тогда – про лекарства, которые выписывают людям, заболевшим ковидом, но которые достать невозможно. Это и противовирусные, и антибиотики.

В. Жуков: –…  Сегодня их достаточно в государственной сети аптек…

(По мнению Жукова, и в больницах с лекарствами для лечения ковида тоже всё нормально. А через несколько дней после этого совещания  главный врач одной из больниц нам сказал, что лекарств в больнице нет. То есть вообще нет. Лечить нечем. И не только в его больнице. Даже в инфекционной больнице со статусом госпиталя никаких запасов – ни месячных, ни десятидневных нет. Работают с колёс. Что привезли им, тем и лечат. В областной больнице – то же самое, в районных – то же самое. Но, по мнению Жукова, «всё хорошо, прекрасная маркиза, всё хорошо, всё хорошо…». А если что-то плохо, то виноваты исключительно главные врачи…Прим. автора).

Елена ГОЛУБЬ

 

 

9
Телефон:
Яндекс.Метрика